Палеоботаника

Исследования и выводы Флорина

К 30-м годам строение кутикулы ископаемых и совре­менных растений изучали многие специалисты, которые хорошо понимали надежность эпидермального метода. Но до работы Флорина никто не думал, что микроструктура
листа порой может поспорить по своему значению для систематики с такими проверенными, надежными призна­ками, как строение цветка, шишки и т. д. С точки зрения общебиологических соображений этот факт остается не-объясненным до сих пор. В каждом растении и животном есть органы, которые тщательнее всего охраняются естест­венным отбором даже от незначительных изменений. Таково, например, жилкование крыла много и быстро ле­тающих насекомых. Здесь каждая жилка занимает строго определенное место. Малейшее смещение нарушит аэро­динамику крыла, даст преимущества конкуренту. У расте­ний тоже не случайно наибольшим постоянством обла­дают органы размножения. Здесь важен и темп развития (иначе семена могут вызреть слишком поздно или рано), и постоянство структуры, обеспечивающей максимальный эффект при воспроизведении потомства. Другое дело листья. Их общее очертание и жилкование тоже имеют свое значение (обычно для нас неясное), но все же неболь­шие произвольные отклонения не так страшны, и мы их наблюдаем довольно часто. Такие же отклонения наблю­дали и в микроструктуре. В более засушливых условиях растет количество устьиц, а размер клеток эпидермы уменьшается.
Рассуждения на этот счет казались вполне логичными. Из всех органов лист больше.всего соприкасается с внеш­ней средой. Ее постоянные перемены очевидны («то дождь, то снег»), значит р в листе нельзя ждать большого по­стоянства. Тем не менее наблюдения Флорина показали: да, действительно, в строении эпидермы есть некоторые колебания; верно, что и размеры клеток, и количество устьиц могут меняться даже у одного вида. Но к основным особенностям эпидермы это не относится. Строение устьиц, их расположение, орнамент стенок, — признаки устойчи­вые и не зависят от случайных причин.
Закончив эту работу, Флорин взялся за ископаемые хвойные, подверг ревизии старые определения, описал много новых видов и родов, показал закономерности их распространения в пространстве. Флорин подвел тео­ретическую базу под самый точный и надежный метод изучения ископаемых листьев. Этим исследованиям швед­ского палеоботаника нет цены, и мы к ним еще вернемся, когда будем решать загадку сосновой шишки и рассуждать о дрейфующих материках.